Написать автору
Оставить комментарий

avatar

Текст. Один, зато длинный

Свет города

Посвящается Нине Огневой

Тот город, где я плакала, за что мне

Вся красота, которой не запомнить,

И не постичь, и не спасти, — был назван

Непритязательным, к тому же грязным.

Мораль приоткрывалась постепенно:

Ах да, прекрасная Лалангамена —

Дом на инопланетном диалекте,

Что в целом понимают даже дети.

Точней, они одни досель и помнят

О жизни, нам невидимой, но полной

Минутами (откуда возникали?),

Восточными всю зиму сквозняками,

Гуденьем стен (теперь их прах — по ветру)

И всем, что до зачатия поведать

Любой бы мог, будь спрошен он, младенец.

Я вижу свет, но больше не надеюсь

Узнать, разъяв на черточки и части,

Лик, вытисненный солнцем на сетчатке.

Не город мой весна моя дала мне,

А меру просветленья лип и камня.

Нет адреса, и нет порядка окон —

Лишь свет как таковой летит далеко,

Рожден ярилом, отражен бетоном

И перекручен лампой, — к звездам сонным,

Меж них расползшись на волокна в прядях:

Да будет пухом им миропорядок.

Зимой бесснежной мне укажет город

Единственно возможный лед и холод.

А лето овевают неустанно

Единственно возможные каштаны.

Спешу и я, минут не тратя даром,

Единственно возможным тротуаром,

Но адрес, как мы поняли, неведом.

(Представьте в облако воздетый вектор,

На острие стрелы застыл Юпитер —

К нему ль сойдет Земля с ее орбиты?)

Да, я спешу — скажите: дурью маюсь —

Искать следы Юпитера и Марса

В единственно возможном смутном небе

С огнем.

Для вас сей город, без сомненья,

Страны ячейка и кирпич в ночлежке

Глобальных проходимцев. Вам — зачем же

Хвалить такую временную гавань

В грозе среди пути? А путь возглавлен,

Конечно, вами и ведет к прогрессу.

До осени успеете прогреться

В златых хрущевках по уступам града,

Опутанных бесплодным виноградом, —

И станет ваш транзитный пункт тюрьмою…

Вот почему не все я вам открою.

Ночь за полночь. Ликуют мотоциклы.

Мы все еще не в церкви и не в цирке,

А в городе, где есть и гений места.

Да разного еще немало есть там,

Но в этом духе снисхожденья мало

К вместилищу. Порою сквозь брандмауэр

На дома мягкий и прохладный пепел

Он сходит, но любить не может слепо,

А дым слепит его, стриж — оглушает

И лужа — обоняния лишает.

Сей дух нуждается определенно

В своей мембране от миелофона,

В дозиметре и в зеркале дыханья.

В ком эго в грудь стучит, но затухает,

Тот чистоту обрел полей. В нем рожью

Распространяет дух себя до рощи

И, придавая волнам цвет ореха,

Луч города покоится на реках.

Кто ж этот «тот»? Не я. Во мне ни силы

Нет, ни ума — произнести «спасибо»

За радость, страх и красоту растраты.

Вот разве только рано утром завтра

Я встану — в час, когда машины редки,

И, яблоко вращая по тарелке,

Скажу: «Явись. Прости меня. Открой мне

Град, нет ничьей в котором воли, кроме

Огня без дров, неназванного света".

А дальше снова стану жить как все тут.

Ваше имя (обязательно)

Ваш E-Mail (обязательно)

(E-mail не будет опубликован)

Текст письма

captcha

Комментарии — 5

  1. Ольга Андреева

    Браво, Люда. Высокий пафос гипнотизирует и затягивает. Дело не в полемике о Ростове — она здесь только предлог объясниться ему в любви, повод показать два способа смотреть на наш город — один плоский и прагматический, другой — многомерный, освящённый любовью и благодарностью. (Полагаю, оба способа доступны и Вам, и Вашему оппоненту, это дело настроения и воображения). К тому же, полемика прекрасно способствует драматургии, стихотворение обретает сюжет, конфликт, повод для горячей и страстной апологии любимого города.
    И стихи эти не столько о Ростове — сколько собственно о любви. Не лучший в мире город — а единственно возможный, и поэтому ставший эталоном красоты, мерилом всего прекрасного в мире - потому что Лалангамена. (Я в десять лет послала в журнал «Пионер» стих, заканчивавшийся так: «Нет нигде города больше такого, как Снигирёвка моя!». Получила ответ, храню — надо мной открыто и довольно жёстко посмеялись. Но я и сейчас уверена, что была права))
    А поэтическая составляющая стихотворения — и последовательная, убедительная образность, и музыкальная сложность каждой длинной фразы — и главное, пассионарность, искренняя вовлечённость автора — затягивают и читателя, завораживают. Это, возможно, лучшие стихи о Ростове. Концовка — о том, что дух нуждается в мембране, дозиметре… — напомнила вот это место у Бродского:
    .
    помни: пространство, которому, кажется, ничего
    не нужно, на самом деле нуждается сильно во взгляде со стороны, в критерии пустоты.
    И сослужить эту службу способен только ты.
    .
    Как хорошо, что Ваше стихотворение такое длинное, и фразы в нём длинные, и все строки равной длины, оно такое соразмерное, гармоничное и благоговейное…

  2. avatar
    Людмила Шутько

    Ольга Юрьевна, спасибо! Да, моему оппоненту доступно в поэзии многое, и со временем сфера его возможностей продолжает расширяться, что радует меня как наблюдателя. А моему адресату посвящения доступно больше, чем оппоненту, мне и многим другим пишущим в Ростове, вместе взятым. Оппонент и адресат посвящения — разные лица.

    В посвящении, мне кажется, уместно ставить только одно имя. Но в комментарии можно сказать спасибо всем, кому я так или иначе обязана существованием текста. И наверное, пора это сделать. Перечислю в хронологическом порядке.

    Первой были Вы с этим постом: http://test.rrosrp.ru/o-stixax-lyudmily-shutko-my-skoro-budem-govorit-na-zasedanii-sekcii-poezii-a-poka-odno-iz-nix-zdes/ Вы обратили на меня внимание, Вы создали возможность, повод и пространственные рамки для всего последующего.

    Второй по времени была Нина Сергеевна. Ей принадлежит, прежде всего, остроумная (что приблизительно значит «умная», а отнюдь не «смешная») оксюморонная формулировка «гении локального масштаба» — см. 3-й комментарий к Вашему посту. Это выражение я некоторое время вертела в голове, прежде чем получила гораздо более стандартного «гения места». Далее, все Ваши добрые слова о полемике, драматургии, музыкальном построении, пассионарности нужно тоже отнести на ее счет. Это — часть тех признаков, по которым мы опознаём ее стихи. Здесь я пыталась подражать первоисточнику, в чем могла, и приятно, что за четыре года без малого (текст доделан осенью 2016-го) мне удалось как-то к чему-то приблизиться. На случай если бы совсем уж не удалось, я добавила прямые аллюзии: «мембрана» была на самом деле не от миелофона, а от «рупора Божьей боли»; на пограничную реку, отразившую свет центра, мой герой в какой-то момент смотрит с противоположного берега, куда герои Огневой так и не попали; брандмауэр — это стена, которая сохранилась вокруг известного сгоревшего дома; и лучшие стихи, пусть не о Ростове, но о городе по другую сторону этой стены, прототипом которого отчасти стал Ростов, тоже, на мой взгляд, принадлежат тому же автору. В общем, Нина Сергеевна вольно или невольно внесла в этот текст такой вклад, без которого текста бы просто не было, и поэтому посвящение — ей.

    Третьим вступает оппонент. Так совпало, что он тоже поэт, причем прекрасный и разносторонний. Но вот какая проблема: в данном тексте он присутствует не со своими художественными произведениями, а с бытовой репликой в непринужденном общении, которую мог обронить любой человек, даже вовсе ничего не сочиняющий. Поэтому я несколько изменила конкретные произнесенные им слова и оставила оппонента анонимно-собирательным.

    А четвертым стал А.Ю.Соболев. Здесь, на сайте, он разместил стихотворение о горах, где были строчки: «Останься неизменна, моя Лалангамена». В поиске по сайту, как всегда, сплошные сбои, не могу найти пост и дать ссылку. (Александр Юрьевич! может, заглянете и поможете?) Этого слова я не знала, но нагуглила одноименный рассказ Гордона Диксона и теперь знаю.

    Я благодарна всем!

  3. Фирая

    Здравствуйте.
    Очень полезная и интересная статья!
    Спасибо Вам за эту информацию.

  4. avatar
    Людмила Шутько

    Фирая, Вы, кажется, свой комментарий отправили куда-то не туда :)

  5. Нина Огнева

    Людмила, весьма признательна за посвящение. Тронута, польщена. Стихотворение отменное. С глубокой заинтересованностью прочитала Ваш диалог с Ольгой Андреевой. Здесь обмен комментариями, подобно либретто, проясняет ускользающие от мгновенного понимания нюансы, не являющиеся частью ткани поэтического пространства, но плотно прилепляющиеся к тексту. Как «биография», не являющаяся Судьбой, прилепляется к жизни человека.

    С пожеланиями добра — Нина Огнева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписаться на комментарии

Реклама на сайте

Система Orphus
Все тексты сайта опубликованы в авторской редакции.
В случае обнаружения каких-либо опечаток, ошибок или неточностей, просьба написать автору текста или обратиться к администратору сайта.